Зельманов Ефим Исаакович

Как не ругают Ленина и Сталина, а именно ими была заложена «бескорыстная» основа прогрессивной советской науки. Ведь по сути дела, занятие наукой это уже – по своему смысловому определению – альтруизм. Когда сверстники полноценно вбирают в себя радости, которые даёт им молодость, будущий учёный проводит часы, дни и, зачастую, самые лучшие годы своей жизни в постижении научных премудростей, в работе над открытиями, - во всём том, что, как правило, не связано напрямую с простым человеческим счастьем. И, тем не менее, учёные – такие же люди: им так же хочется любить и быть любимыми, иметь уютную домашнюю обстановку, хорошо одеваться, есть вкусную пищу. Пусть подобные вопросы у них обычно находятся на втором плане, и, тем не менее, - без них никуда.

Конечно, советская власть давала научной элите больше льгот перед остальными гражданами союза, но, как говориться, - всё познаётся в сравнении. И, как оказалось, уровень жизни достаточно посредственного учёного в обычном американском университете, как правило, значительно превышал аналогичные показатели для ведущего научного сотрудника в союзной Академии наук.

Да, в союзе по заветам вождей стремились оградить своих граждан от мыслей, что можно жить красиво и комфортно. У нас тщательно культивировалось своё понятие о материально благополучии. Да, люди меньше думали о том, как повкуснее поесть, где купить модную одежду, и уже совсем казалось невозможным, если кто-то начинал задумываться о жилых постройках свободного дизайна и неограниченного метража. Грубо говоря, из людей делалась «выжимка» направленного действия. Ведь это естественно, когда человек хочет получать от жизни больше приятных ощущений, и так уж мы созданы, что любим вкусно поесть, нам нравится хорошо выглядеть и жить – в комфорте. А когда проводится некая обобщающая черта, дальше которой в личных желаниях не прыгнешь, то, понятное дело, потенциал личности будет реализовываться в заданном направлении.

И одним из таких направлений, согласно задумки вождей коммунизма, была наука. В около военные годы особой «популярностью» пользовались, так называемые «шарашки». В закрытые помещения собирали лучшие умы, где они должны были консолидировано, без каких-либо «погрешностей» со стороны личных устремлений, целиком отдавать себя науке. Другого выхода у них просто не было, потому что практически все, кто находился в «шарашках», были осуждены по 58-ой статье и являлись «врагами народа».

Детство и юность Ефима Исаакович Зельманова застала времена «хрущёвской оттепели», когда многое разрешалось и даже – поощрялось – говорить вслух. Именно поэтому мальчик рос открытым и всегда откровенно высказывающим своё мнение.

Он родился 7 сентября 1955 года в Хабаровске. Его родители по национальной принадлежности были евреями. С раннего детства мальчик воспитывался в интеллектуальной среде, где нормальным было знать несколько языков и уметь играть хотя бы на одном музыкальном инструменте. Одарённость маленького Ефима проявилась достаточно рано, и родители, видя его склонность к математическим наукам, не препятствовали увлечениям сына, а всячески их поощряли и поддерживали советом.

В 1977 году Ефим Зельманов успешно закончил Новосибирский Государственный университет, получив диплом по любимой ему математике. И уже через три года он начал поражать научное сообщество того времени. Если до 1980 года его знали, как одаренного, подающего надежды математика, то, когда он защитил кандидатскую диссертацию, его имя стало известно далеко за пределами Новосибирска. Его труд, обобщающий некоторые свойства конечномерных йордановых алгебр в определённых ситуациях, вывел его в один ряд с лучшими математиками современности.

Уже тогда начались некоторые трения, возникшие между учёным и партийным руководством страны. «Мягкая» независимость Зельманова не давала покоя некоторым функционерам. А когда, работая в Новосибирском институте математики, он провёл ряд громких научных доказательств, то стал слишком заметной фигурой для политической элиты Кремля. Кстати, за одну из своих работ, сделанных в период с 1980 по 1987 годы, Ефим Исаакович Зельманов впоследствии получил Филдсовскую премию. Такую яркую личность руководство страны не могло оставить без внимания. Они умели показать человеку, как он может быть «не прав». Собственно, травля началась ещё с начала восьмидесятых, но только в 1987 году Зельманову удаётся покинуть Союз.

Как раз с этого времени началась массовая «утечка мозгов» из страны. Лучшие умы уезжали на Запад, где находили должное к своему научному уровню отношение. Да, многие из них и до сих пор работают, так сказать, повремённо, «на сдельщине», но то, что они получают там за свою работу, позволяют им не только самим безбедно существовать, а так же ещё помогать оставшимся здесь коллегам.

К примеру, Ефим Исаакович Зельманов всегда относился с чутким пониманием к проблемам отечественной науки. Кстати, он – одни из немногих учёных, выходцев из бывшего союза, кто работает в Америке на постоянной основе. Его вклад в помощь своим коллегам из России достаточно велик. Финансовая помощь и активные рекомендации помогли уже не одному коллеге и соотечественнику.

На данный момент Ефима Исаакович Зельманова является профессором Калифорнийского университета в Сан-Диего.